Поначалу все шло очень даже неплохо: у меня приняли заказ, и даже принесли первую порцию Бакарди, а я сидел и осматривал интерьер, который выполнен очень даже неплохо, но в целом примерно так, как делают обычно интерьер любого недавно открывшегося восточного ресторана в Питере. А потом вдруг появился живой музыкант, и начал свою живую музыку, – всякий владимирский централ и прочие лирические штучки, – все это под сопровождение ноутбучного караоке, и при этом громче нужного уровня. В общем, я расстроился, поскольку расчитывал на умеренную тишину.

Но потом все повернулось совсем в другую сторону. После ужина я слегка подобрел, и когда уже расчитался и допивал второй Бакарди, музыкант вызвал во мне кучу ранообразных эмоций одновременно, – он вдруг включил ЭТУ песню: чижовскую “Ты ушла рано утром”, – и притом все под те же умца-умуа-караочные аранжировки, что пел и предыдущие шансоны. Через несколько секунд я чувствовал себя уже каким-то кафковским персонажем, – не каждый день получается слушать блюз в блатной обработке сидя в пустом зале, оформленном в восточном стиле, – я даже оглянулся в сторону кухни: не выносят ли на блюде торт в виде моей головы…

Все бы хорошо, если бы одна местная официантка регулярно не путала омлет с глазуньей. Когда это произошло первый раз, и она принесла мне глазунью вместо заказанного омлета с сыром, я попросил ее поменять. И получил на это прекрасный по глубине своей философской мысли ответ:

- А Вам не все равно? Те же яйца…

В тот раз я добился, чтобы мне принесли все-таки то, что я заказал, а не “те же яйца”, но в следующий раз, то ли от того, что торопился, то ли просто потому, что мне было действительно все равно, я съел то, что мне принесли, вместо того, что было заказано на самом деле.

Сегодня был третий раз, и я, с чувством профессионала в этой непростой игре, решив, что хочу получить на завтрак глазунью с беконом, заказал омлет. И вы знаете, – все получилось.

И не спрашивайте меня, что при этом они пишут в счет…